Как одиночные домохозяйства перекраивают город, жильё и бизнес

Есть довольно простой способ заметить изменения в обществе — посмотреть, сколько людей живёт за одной дверью.

В России число частных домохозяйств, состоящих из одного человека, выросло с 11,7 млн в 2002 году до 27,6 млн в 2020-м. За восемнадцать лет их стало больше на 135,3%. Причём это давно уже не только история про пожилых людей: 57,4% живших в таких домохозяйствах в 2020 году были трудоспособного возраста. (Журнал FNISС)

Масштаб явления становится ещё заметнее, если посмотреть на другие рынки. В новом исследовании Boston Consulting Group, опубликованном в августе 2026 года, Solo Living назван одним из пяти устойчивых изменений потребительского поведения. BCG опросила более 13 тыс. потребителей в 12 странах и проанализировала более тысячи брендов. В зрелых экономиках сегодня примерно каждое третье домохозяйство состоит из одного человека; с 2010 года его доля выросла на шесть процентных пунктов. В Германии, Швеции, Франции и Италии она приближается к 40%. (BCG Global)

Для рынка недвижимости это интересный момент. За статистикой домохозяйств постепенно проявляется изменение повседневного поведения. А вслед за ним может измениться и продукт.

Один человек — это ещё не один сценарий

Когда говорят о Solo Living, легко представить себе молодого специалиста, который приехал в большой город и снимает небольшую квартиру рядом с работой. Такой потребитель действительно существует, но он далеко не единственный.

Человек может жить один, потому что сознательно откладывает создание семьи. Другой приехал в новый город ради карьеры, тогда как семья осталась дома. Третий после развода начинает самостоятельную жизнь заново. Четвёртый уже давно живёт один и ценит именно такой уклад. Пятый может быть старше и просто оказаться в другом жизненном периоде.

У этих людей разные доходы, привычки и планы. Объединяет их прежде всего одно обстоятельство — все решения о пространстве и потреблении они принимают самостоятельно.

И это обстоятельство оказалось значительно важнее, чем можно предположить по одному только числу членов семьи.

BCG, например, обнаружила, что домохозяйства из одного человека в зрелых экономиках тратят в расчёте на одного человека в два-три раза больше, чем многосоставные домохозяйства. Одновременно от половины до 70% участников исследования говорят, что товары и услуги плохо приспособлены к их образу жизни. Проблема может заключаться в самых обычных вещах: слишком больших упаковках, семейных форматах, скидках за объём, которые человеку просто не нужны. Для такого потребителя качество, подходящий размер и удобство оказываются важнее возможности купить больше и дешевле. (BCG Global)

Получается интересная ситуация. Человек живёт один — и это совсем не обязательно означает, что он стремится потреблять меньше. Скорее, он становится более требовательным к тому, за что именно он платит.

В недвижимости эта логика особенно заметна.

Что происходит с квартирой

Если в квартире живёт один человек, часть привычного набора помещений действительно теряет прежний смысл. Нет необходимости содержать пространство, рассчитанное на постоянную жизнь нескольких людей. Не так много нужно места для хранения. Кухня может быть компактнее. Зона для стирки, сушки и глажки не обязана занимать столько площади, сколько в большой семейной квартире.

Но из этого вовсе не следует, что человеку достаточно просто уменьшенной версии обычной квартиры.

Напротив, компактность начинает предъявлять более высокие требования к планировке.

У одного человека нет возможности распределить бытовую нагрузку между членами семьи. Всё, что находится в квартире, обслуживает только одного пользователя. Поэтому неудобная планировка, лишний проход, плохо организованное хранение или непродуманное рабочее место становятся заметнее.

При этом некоторые функции действительно можно перенести за пределы квартиры.

Работать несколько часов можно в коворкинге. Для видеозвонка — использовать небольшую переговорную в лобби или в том же коворкинге. Необходимость хранить дома всё для занятий спортом отпадает, если спортзал находится рядом. Бытовые услуги тоже постепенно становятся сервисом, а не частью обязательного набора домашнего хозяйства.

Похожий процесс хорошо виден и за пределами недвижимости. Уменьшается упаковка продуктов, развивается доставка готовой еды небольшими порциями, появляются сервисы, рассчитанные на одного пользователя. Бизнес подстраивается под ситуацию, в которой человек больше не хочет покупать то, чем ему некогда или незачем пользоваться.

С жильём происходит примерно то же самое. Только здесь изменение намного сложнее, потому что речь идёт не о размере упаковки, а о пространстве, которым человек пользуется каждый день.

Квартира не становится менее важной. Меняется её роль

У человека, который живет один, по-прежнему есть функции, которые он вряд ли захочет выносить из приватного пространства. Сон, отдых, личные вещи, душ, спокойная еда, просмотр фильма вечером — всё это остаётся дома. Но далеко не каждой функции обязательно нужен собственный квадратный метр. Это постепенно меняет границу между квартирой и окружающей её средой. Многое можно извлечь и разместить за пределами квартиры. И здесь появляется вопрос, который, как мне кажется, российский девелопмент только начинает обсуждать: насколько вообще нужно стремиться сделать жилой комплекс самодостаточным?

За последние годы мы привыкли видеть в новых проектах всё больше инфраструктуры. Просторные лобби, коворкинги, общественные комнаты, фитнес, переговорные, зоны отдыха. На презентации проекта это выглядит убедительно. Но у такой модели есть вполне конкретная экономика: все эти площади нужно построить, содержать и обслуживать.

Если квартира становится компактнее, а общих помещений становится больше, снижение стоимости приватной площади частично компенсируется расходами на инфраструктуру.

Поэтому вопрос, на мой взгляд, не столько в том, чтобы увеличивать количество общих пространств. Важно понять, какие из них действительно будут использоваться и как часто.

Пространство, которое утром используется для работы, днём — для встречи, а вечером — для другого сценария, экономически отличается от красивой комнаты, которой пользуются несколько раз в месяц.

Но есть и ещё одна возможность — не пытаться помещать всё внутрь одного проекта.

Если хорошая кофейня, фитнес, аптека, сервис бытовых услуг или коворкинг находятся в нескольких минутах от дома, жителю необязательно иметь их за собственной дверью или в своём жилом комплексе.

Тогда ценность возникает уже на уровне среды.

И вот здесь тема Solo Living начинает выходить далеко за пределы жилья.

Дом заканчивается не у входной двери

Человек, который живёт один, особенно хорошо показывает, насколько условной стала граница между домом и остальным городом.

Если он работает гибридно, ему не нужно каждый день прходить в офис.

Если большую часть покупок можно заказать, ему не нужно специально отправляться в торговый центр.

Если рядом есть хороший спортзал, нет необходимости выделять под спортивное оборудование пространство дома.

Если встретиться с друзьями проще в кафе, сама квартира перестаёт быть местом для вечеринок.

Получается, что часть жизненных сценариев постепенно распределяется между разными объектами.

И тогда для девелопера становится важным не только то, что он строит, но и то, какая среда находится вокруг проекта.

Можно построить очень хороший жилой комплекс, но если вокруг него нет ничего, кроме парковки и дороги, часть потребительской ценности окажется потеряна.

И наоборот: достаточно компактный жилой продукт в хорошо работающем городском окружении может дать человеку гораздо больше возможностей, чем гораздо более крупный объект, внутри которого приходится пытаться воспроизвести весь город.

Для региональных рынков это особенно интересно. В Казани, Екатеринбурге, Нижнем Новгороде, Новосибирске или Владивостоке сценарий Solo Living неизбежно будет зависеть от того, насколько плотной и доступной является городская среда, какие расстояния люди готовы преодолевать, как устроена работа и какие сервисы уже существуют рядом.

Поэтому копировать зарубежную модель здесь бессмысленно. В России сначала придётся понять, как именно живёт человек один в конкретном городе.

Торговый центр: ехать за покупками или просто выйти из дома?

Для торговой недвижимости этот вопрос может оказаться особенно болезненным.

Торговля уже несколько лет движется в сторону впечатлений, услуг, общественного питания и развлечений, и Solo Living добавляет к этому ещё один аргумент.

Представим человека, который живёт один. Ему ничего не нужно покупать именно сегодня. Одежду он заказал онлайн, продукты тоже. Зачем ему ехать в торговый центр?

Ответ может быть довольно простым: пообедать, встретиться с другом, пойти на тренировку, посмотреть фильм, провести пару часов вне дома.

Это меняет саму причину посещения.

Торговый центр становится интересен не только тогда, когда человеку что-то необходимо купить. Он может понадобиться ему просто как место, где удобно провести часть дня.

В исследованиях Mintel эта тенденция рассматривается в более широком контексте изменения жизни людей без партнёра: исследователи отдельно говорят о нормализации досуга в одиночку и о необходимости делать физические пространства более комфортными для solo visitors. В американском исследовании Mintel 2025 года среди направлений развития рынка прямо выделены solo leisure и создание офлайн-опыта, который помогает людям встречаться и взаимодействовать. (Mintel Store)

Для торгового центра это означает довольно тонкий сдвиг. Посетитель может прийти один, провести внутри несколько часов, поесть, воспользоваться услугой, сделать покупку и только потом уйти. В таком сценарии торговля остаётся важной, но становится частью более длинного пребывания.

И здесь особенно хорошо работает формат фуд-холла. Не обязательно выбирать один ресторан. Можно встретиться, каждый выберет свою еду, кто-то задержится с ноутбуком, кто-то пойдёт дальше по своим делам. Для человека, который живёт один, такая среда естественнее, чем пространство, рассчитанное исключительно на семейный визит.

Офису придётся объяснять своё существование

С бизнес-центрами ситуация сложнее.

Гибридная работа уже изменила привычку ежедневно присутствовать в офисе, а жизнь solo делает домашний сценарий ещё более удобным. Никому не нужно согласовывать рабочий график с семейным распорядком. Видеозвонок можно провести из дома. Тихий час для сложной задачи организовать проще.

Поэтому офисная недвижимость постепенно сталкивается не только с вопросом о количестве рабочих мест. Становится важнее понять, для каких задач сотруднику вообще требуется физически приезжать в офис.

Ответ, скорее всего, будет связан с теми видами работы, где присутствие других людей действительно создаёт дополнительную ценность: встречами, переговорами, командной работой, обсуждениями, мозговыми штурмами.

Это постепенно отражается и на пространстве. Большой этаж с сотнями закреплённых мест может оказаться менее полезным, чем более гибкая комбинация небольших рабочих помещений, переговорных и зон для совместной работы.

При этом бизнес-центр получает ещё одну задачу. Если человек приезжает не ежедневно, сама поездка должна быть оправданной. Отсюда интерес к качеству окружения: кафе, ресторанам, сервисам, спорту, общественным пространствам. Не потому, что офис должен превратиться в торговый центр, а потому, что ценность рабочего места всё больше зависит от того, что человек может сделать в течение всего дня.

И в этом смысле офисная и торговая недвижимость неожиданно оказываются в похожем положении: обеим приходится учитывать, что человеку всё чаще приходится выбирать, ради чего ему покидать собственный дом.

Гостиницы и апартаменты оказываются в другой точке этой же перемены

Для гостиничного рынка Solo Living интересен прежде всего ростом мобильности.

Человек, который живёт один, может легче менять город, проводить несколько месяцев в другом месте, совмещать работу между городами или выбирать временный формат проживания. Здесь особенно востребованным становится сочетание небольшого приватного пространства, сервиса и готовой инфраструктуры.

Поэтому граница между гостиницей, сервисными апартаментами и арендным жильём постепенно становится менее очевидной.

Потребитель выбирает не столько определённый тип объекта, сколько подходящий ему способ проживания на конкретном этапе жизни.

В одном случае ему нужна квартира на несколько лет. В другом — готовый номер на несколько недель. В третьем — сервисные апартаменты на несколько месяцев.

И для девелопера это означает необходимость смотреть на спрос не только через привычные категории недвижимости, но и через мобильность потребителя.

Самая большая ошибка — уменьшить площадь и назвать это Solo Living

Мне кажется, здесь российский рынок может сделать слишком простой вывод.

Увидеть рост числа домохозяйств из одного человека, построить компактные квартиры и объявить новый формат.

Но сама по себе небольшая площадь ничего не говорит о качестве продукта.

Человеку может действительно быть достаточно 35–40 кв. м. А может оказаться необходимым другое: хорошее рабочее место, удобное хранение, тишина, качественный сон, возможность быстро получить бытовую услугу или выйти из дома и оказаться в нормальной городской среде.

Причём эти потребности будут разными даже у людей одинакового возраста и дохода.

Именно поэтому мне кажется гораздо продуктивнее начинать не с вопроса «какую квартиру строить для одинокого человека?», а с исследования его поведения.

Как проходит его обычный день? Сколько времени он проводит дома? Где работает? Как часто встречается с друзьями? Что готовит сам, а что покупает готовым? Какие услуги ему проще получить вне дома? Какие расходы он считает оправданными? Что для него означает комфорт?

Только после этого имеет смысл решать, сколько квадратных метров ему нужно и что должно находиться внутри квартиры.

Такой подход кажется мне особенно важным сейчас, когда в российской недвижимости снова много разговоров о размере жилья и продукте.

Мы часто начинаем его описывать с планировки, площади, количества комнат или набора инфраструктуры. Но если спрос действительно становится разнообразнее, этого недостаточно. Продукт начинается раньше — с понимания того, как человек собирается жить.

Что это значит для российского рынка

Я не думаю, что через несколько лет будет проектироваться жилье для одиночек). Такой путь был бы искусственным.

Гораздо вероятнее другое: привычные проекты будут постепенно приспосабливаться к тому, что внутри одного дома могут существовать очень разные способы жизни.

Для кого-то квартира останется главным местом работы и отдыха. Другой будет почти каждый день пользоваться инфраструктурой вокруг. Кто-то оценит возможность работать в лобби. Кому-то будет важнее спортивный клуб в пяти минутах ходьбы. Один человек будет много времени проводить дома, другой — почти постоянно находиться в городе.

Именно поэтому Solo Living я бы рассматривала не как готовый формат недвижимости, а как один из сигналов более глубокого изменения потребительского поведения.

Мы всё меньше можем исходить из предположения, что существует некий «средний житель», под которого можно подобрать универсальную квартиру, стандартную коммерцию и привычный офис.

Потребитель становится более самостоятельным в выборе того, где и как он проводит время. Его дом может быть меньше, но его требования к окружающей среде — выше. Он может реже ездить в офис, но больше ценить каждую такую поездку. Может меньше нуждаться в торговом центре как в месте покупки и больше — как в месте пребывания.

Для девелопера это не готовый рецепт. Скорее повод заново посмотреть на исходные данные проекта.

Понять, кто действительно будет здесь жить. Как он проводит день. Что ему нужно иметь под рукой. Какие функции он хочет оставить дома, а какие готов получать как услугу. И только затем решить, каким должен быть объект

Если человек меняет способ организации своей жизни, недвижимость неизбежно должна вслед за ним менять способ организации пространства.